«Сегодня ты - Гамлет, а завтра - статист»

СМС на телефон
безкоштовні SMS на телефони
Всі новини
архів новин мобільних операторів

Народный артист Украины Николай Рушковский - о театральном обаянии, которое должно переходить через рампу, три главные для себя театры и тернистый путь к мастерству.


«Сегодня ты - Гамлет, а завтра - статист»

Народный артист Украины Николай Рушковский - о театральном обаянии, которое должно переходить через рампу, три главные для себя театры и тернистый путь к мастерству.

Провожая Николая Рушковского в Киев, его однокурсники, наверное, не совсем понимали «маневра» товарища: москвич, красавец, фронтовик, с дипломом Школы-студии МХАТ, вместо того, чтобы застолбить за собой место героя-любовника в каком ведущем столичном театре, едет в «провинцию». Но совсем скоро жизнь показала, что в своем решении Рушковский не ошибся. И уже через несколько лет на вопрос Веры Марецкой, не скучает он по Москве, актер искренне отвечал: «Мне никогда грустить ...».

Созвездие за многое благодарен

- Николай Николаевич, в театре Русской драмы вы уже почти 60 лет ...

- Русская драма - это театр, в котором я родился как актер и работаю здесь последние 58 лет. Было много чего. Выгонять из театра не выгоняли, но на разовую оплату переводили. В руководстве были разные негодяи ... Был у нас один директор, и когда он начинал кого хвалить, все знали - на этого человека ожидает какая подлость с его стороны. К тому же подлость серьезная. И было такое, что он меня в определенной степени выживал из театра, выжимал из репертуара. Меня и из института выгоняли в 1987 году ...

- Наверное, эти трудности подтолкнули вас к тому, чтобы инициировать создание в Киеве нового сценической площадки, театр «Созвездие»?

- Когда я начал бывать в Европе и знакомиться с театральной жизнью других стран, то узнал, что, например, в Софии, Праге, Будапеште работали театры без труппы. Артисты собирались и играли спектакли. Кто с кем хотел, под руководством режиссера, которого избирали и по той пьесе, которая удовлетворяла всех. Мне эти театры чрезвычайно нравились, и я стал мечтать, чтобы такой театр появился и у нас. Эту мою идею поддерживали, но все как на словах, а до дела не доходило. Потом я попал на прием к министру, где мы полтора часа говорили обо всем. В частности, и о таких театры. Оказывается, они ему также нравились ... То помещение, в котором «Созвездие» работает сейчас, раньше занимала капелла «Думка». Она должна была уехать, потому что для этих художественных коллективов построили дом на бульваре Шевченко, где они сейчас работают. Но этот процесс так растянулся, что я уже и не верил, а министр знал - помещение скоро освободится. И пригласил нас обустраиваться на Ярославовом валу.

- С какой спектакля начинался театр «Созвездие»?

- Мы с режиссером Константином Дубининым и моей бывшей студенткой Илоной Гаврилюк, которая сейчас живет в Италии и работает в театре, но не актрисой, начали репетировать пьесу Леонида Зорина «Пропавший сюжет». А Богдан Ступка с сыном Остапом и его товарищами там же репетировали спектакль о Сковороде. Так мы начинали в 1988 году. Рушковский виноват перед своими коллегами. Потому что он, не понимая особенностей того времени, сказал, что этот театр - не для заработка, а для творчества. И что мы там будем делать то, что захотим. И будем все на равных: и тот, кто играет главную роль, и тот, кто выходит с двумя словами, получать одни и те же деньги. Очень скромные. Сейчас мы получаем около 80 гривен за представление. Москвичи над нами смеются - они за такую работу получают в разы больше. Этот театр заставил меня по-новому посмотреть на многие вещи. Потому исчезла расстояние между сценой и зрительным залом. И надо было работать только, как говорят у нас, на чистом, сливочном масле. Это театр, в котором лучше недобрать, чем перебрать. Там «грызть кулисы» нельзя. Я «Созвездие» за многое благодарен. Если бы не было его, я бы уже, наверное, не был артистом. А почему я сейчас считаю себя артистом? Потому что мне еще что-то хочется делать и я претендую на определенные вещи. И то у меня даже получается. За роль в спектакле «Когда лошадь теряет сознание» в этом театре я получил «Киевскую пектораль».

Вот тебе театр!

- Вы присоединились к созданию в Киеве еще одного театра - Нового драма тического театра на Печерске.

- С ним несколько иная ситуация. У нас был очень хороший курс. Вместе со мной с этими студентами работали Владимир Бугаев, Александр Крыжановский, Наталья Кудрявцева. Там были очень красивые - Рубашкин, Мамчур, Якуша, Назаров ... Был там и один парень, который не остался в профессии и торгует лекарствами, но именно о нем мне когда Кирилл Лавров говорил: Вот нам бы такого в труппу! А я ему ответил: «Мне он самому нужен». Не отпустил его, а он вообще бросил это дело. Примечательным этот курс был и потому, что на нем родилось семеро детей. Девушки этим занимались очень тщательно. Правда, был и один папа ... На этом курсе у нас сложился очень удачный, интересный репертуар. Одна спектакль шел на сцене нашего учебного театра. Но, кроме этого, у нас была «Человек с Ламанчи», которую мы играли в Детском театре, «Мастер и Маргарита» - в театре «Сузирья», другие спектакли. Я начал на эти спектакли приглашать разных людей, в частности тех, которые занимали высокие должности. И все они эти спектакли и этих актеров воспринимали чрезвычайно тепло. Постановщиком двух спектаклей был Александр Крыжановский. Я ему сказал: «Вот тебе театр!" Он сначала учился у меня на актерском факультете, а потом, став артистом Театра на Подоле, учился режиссуре в Москве, у Васильева. Он имеет свой подход в работе с артистами. Я этому не противлюсь, но все же призываю не забывать: все, что есть хорошего в современном театре - Някрошюс, Гротовский - опирается на систему Станиславского.

- Легко сказать вот тебе театр! А финансирование, помещения.

- Начал искать, кто бы нам это помогло сделать. Тогдашний глава Печерской райгосадминистрации Андрей Коваленко показал нам три или четыре подвалы и сказал, что можно брать, который захотим. Остановились на том, что на Шелковичной. Но в нем когда функционировал красный уголок этого дома, а вторая часть - бывшее бомбоубежище Дома правительства. В помещении было нечем дышать. Я там немножко побыл - вышел и начал глотать нитроглицерин ... Затем Кирилл Лавров, которому очень понравились наши студенты, познакомил меня с Виктором Степановичем Черномырдиным. С его помощью необходимы десятки тысяч долларов на ремонт мы получили. Театр появился еще и потому, что я понимал: если этот курс распустить - он погибнет. В свое время Ирина Молостова выпускала просто удивительный курс. В профессии, по большому счету, остался один лишь Александр Бондаренко, актер нашего театра.

- Вы в Новом театре на Печерске сейчас какую должность занимаете?

- Я в них числюсь председателем художественного совета. К моему 85-летнему юбилею мы сделали там один спектакль о Коперника. Пьесу написал мой сын Андрей вместе со своим покойным другом, прекрасным журналистом Сергеем Киселевым. Там играют мои ученики - Валерий Легин, Игорь Рубашкин, Олеся Власова, Вера Мазур, Оксана Архангельская, одна моя сегодняшняя студентка Валерия Гуляева. Поставил также мой ученик Игорь Славинский.