Национальные особенности зимних видов спорта

СМС на смартфон
безкоштовні SMS на смартфони
Всі новини
архів новин мобільних операторів

Лидер группы ТНМК издал вторую книгу о настоящих пацанах


Национальные особенности зимних видов спорта

Лидер группы ТНМК издал вторую книгу о настоящих пацанах.

В отличие от первого прозаического сборника Александра Сидоренко "Фоззи", в котором он испытал свой стиль от пацанских повествований к лирическим зарисовкам, новая книга Winter Sport, которая вышла в Харьковском издательстве "Треант", полностью органическая в смысле жанра. И зря автор в послесловии чурается советов издателя относительно названия своего детища настоящим романом. Во-первых, место действия в книге крайне локализовано, "ментально это микрорайон Новые дома, из которого вышли "ТНМК", как свидетельствует автор. Во-вторых, имеем стеганый не на скорую фабульную нить сквозной сюжет с выживанием определенной группы героев, расписанный автором от роду к самой смерти кое-кого из них. Разве же это не роман - пусть даже в новеллах - за всеми теоретическими категориями?

В-третьих, язык самого произведения. Конечно, "харьковская" топографическая привязка, которая от времени Волнового к эпохе Чичибабина из любых литературных попыток делала самодостаточную экзотику, сработала и в этот раз. Но в пользу "романного" жанра. "Некоторое время назад я вставил в песню "Подожди" слово "зусман" и был неслабо удивлен, когда узнал, что оный - не украинское, что это - идиш, который врос в наш язык", - пишет автор. И правда, выражения наподобие "шлемазый" и "цимес" не всходят из языка героев этой "харьковской" прозы, вместе со словами типа "тремпель" (плечи для одежды) и "кобуча" (дура, кобыла). Ну и уже знакомые из первого сборника "Фоззи" эпиграфы из Стивена Кинга и Фазиля Искандера - как дань неплохому домашнему воспитанию автора.

Следовательно, собственный язык сборника - это уже половина "теоретического" дела, а практическую решает сюжет. Какой он теперь в этом пестром винегрете пацанских рассказов? По большей части это пьянки-пирушки, драки из монтировками, завернутыми в "Ленинское изменение", а также многочисленные воровские случаи из жизни героев микрорайона и детальные разборы полетов с погружением в давнюю семейную мифологию. Среди главных героев - Леша Коцаний, Алек Сторож и Але­на из Нелею, а еще папа Коля-космонавт и тамада Сережа Шулимович из семейства на фамилию Какуля. Кроме этого, еще обязательный Виталик из шестого этажа и "какой-то незнакомый сосед Быка, который стырил в своей жинки кастрюлю винегрета, чем вошел в судьбу".

Для здешних ребят при данном районном расписании один выход - или в спорт, или в тюрьму, ведь родители почти во всех сидят, а матери гуляют. Для девушек главное - выскочить замуж, а потом работать в ларку, где "вся надежда на ближе к вечеру, когда фрайера начнут брать "Амаретто" для телок, а пищевой спирт "Ройал" для себя". Впрочем бывают, что жизнь налаживается, и герои этой прозы, пойдя в криминал, начинают курить "Мальборо", откладывают деньги на лето, чтобы, найдя за весну хорошую девушку, выбраться на море. Так же героиням иногда выпадает прогуляться королевой со стройным парнем, потягивая шампанское из горлечка. Но, как замечает автор сборника, "жизнь и киностудия Довженко - разные штуки", поскольку лишь "по сказке рождают тебя в любви для любви, а по жизни рождаешься через месяц после свадьбы и такой, какая есть".

Словом, крута эта "харьковская" проза, а потому близкая и понятная для тех, кто заскочил времена безумного взлета и глухой безнадежности в период 90-х годов. Рекет, бандитские сходки, воровская романтика и остальная с того, что вдруг случилось, когда "все вокруг слетело нахер врассыпную с поломанной карусели, и по местному коммерческому канала свалили американские фильмы". Как раз отсюда в книге "Фоззи" - цитатная ностальгия за советским кино. Погружаясь в водоворот здешних "морозных" событий, выныриваешь в наше сегодня с незаурядным облегчением, ведь сам давно уже вышел из этого спорта. И так хорошо становится на душе - значит, автор сборника "будто долго болел, а теперь выписали".